• Звонить
  • с 10.00 до 19.00
  • Почта
  • epinet.ketoclinic@gmail.com
  • Адрес
  • г. Черновцы, Украина

Наши публикации

Подборка интересных материалов

Раздел обновляется

Послесловие к «фиолетовому» дню

Метки: , , , , ,

Послесловие к «фиолетовому» дню, предисловие ко дню осведомленности об аутизме

 

«СКАЗКА О ПОТЕРЯННОМ ВРЕМЕНИ»

 

Крушинский О. В., Крушинская Н. С.

Epi.NET — Network against Epilepsy Project

 

Ежегодно ко дню осведомленности об эпилепсии выходит огромное количество материалов об эпилепсии, которые посвящены правилам первой помощи при приступах, правилам техники безопасности для пациентов с эпилепсией. Это все правильно и нужно, так как несмотря на усилия профессиональных сообществ и общественных организаций, аудитория по-прежнему четко разделена на две категории — у одних эта информация уже на зубах навязла, а другие и слыхом не слыхивали. Причем первых меньшинство — главным образом те, кто соприкасается с эпилепсией в силу профессии, а также сами пациенты, их родные и близкие. Вероятность, что рядом c пациентом окажется представитель второй категории, по-прежнему в разы выше. Поэтому эту скалу надо долбить. Задача минимум — квалифицированную первую помощь пациентам с эпилепсией ДОЛЖЕН уметь оказать медработник ЛЮБОЙ специализации, каждый полицейский, учитель, воспитатель детского сада, стюардесса, водитель общественного транспорта и возможно представители еще ряда профессий.

Обращает на себя внимание, что практически во всех источниках речь идет только о всем известных «больших» (фр. устар. grand mal), генерализованных судорожных приступах (ГСП), которые для подавляющего большинства людей являются абсолютным синонимом слова «эпилепсия». Казалось бы, а что же еще? Эпилепсия по описанию далекого от вопроса человека — «это когда человек, теряет сознание, падает, пена изо рта…». Именно это заложено в название «падучая», которое применялось к этому заболеванию в течение многих веков. Однако, ГСП — только маленькая верхушка айсберга.

Знать о существовании его огромной «подводной» части особенно важно применительно к пациентам раннего детского возраста. Проблема, вовремя не распознанная в раннем детстве, в более старшем возрасте — это уже исход.

 

 

Почти ежедневно, принимая пациентов, мы видим одну и ту же «Сказку о потерянном времени» и слезы родителей «если бы мы только знали тогда…». Любой из нас, становясь родителем, дедушкой или бабушкой, не может быть уверен, что ему не придется с этим столкнуться. Нам бы очень хотелось, чтоб хотя бы среди упомянутого меньшинства, имеющего отношении к теме эпилепсии, накопилась критическая масса людей, которые понимают, что с тех пор, когда между эпилепсией и судорогами стоял знак равенства, медицина прошла много этапов развития.

 

Француз Пупар (Poupart) в 1705 г.г., и швейцарец Самюэль Тиссо (Tissot) в 1770 г. первыми описали приступы, которые позднее, в 1815 году, Жан-Этьен Эскироль (Esquirol) назвал petit mal (произносится «пти маль» — «малая болезнь», «малый приступ»). Спустя 9 лет, в 1824 г., ученик Эскироля, Луи Кальмейль (Calmeil), ввел термин «абсанс» (от слова «absence» — отсутствие).

Абсансы — это разновидность генерализованных эпилептических приступов. Они бывают очень разные, но чаще всего это внезапное «выключение» сознания на несколько секунд. В типичном случае они не сопровождаются никакими подергиваниями и внешне выглядят как замирание, остановка текущей деятельности, которая возобновляется также внезапно, как и началась. При этом сам человек может долгое время не замечать наличие у себя подобных эпизодов.

Несмотря на то, что понимание причин и механизмов эпилепсии в XVIII–XIX в.в. находилось в зачаточном состоянии, это открытие отменило знак равенства и стало ясно:

«ЭПИЛЕПСИЯ ≠ СУДОРОГИ».

 

Кроме абсансов, существуют так называемые эпилептические ауры, которые представляют собой фокальные сенсорные приступы, которые могут предшествовать более тяжелым эпилептическим приступам, а могут долгое время существовать без дальнейшего развития в «большие» приступы. В зависимости от того, какие чувствительные зоны коры головного мозга раздражает эпиактивность при аурах, человек испытывает соответствующие ощущения. Диапазон огромен — от простых вспышек перед глазами или ощущения покалывания в конечности, до сложных чувственных симптомов, таких как ощущение несуществующих в данный момент запахов, видения всего окружающего в определенном цвете, чувства страха и даже в виде боли или оргазма. Феномен аур, существующих изолированно от других приступов, заслуживает отдельного материала, но он также подчеркивает вышеприведенный постулат, что «эпилепсия» — не равно «судороги».


Развитие эпилептологии шло дальше. Но до определенного момента абсолютной догмой был принцип «эпилепсия = приступы». К сожалению, и сейчас многие врачи твердо уверены в незыблемости этого принципа. Однако предпосылки для иного взгляда были заложены еще в 1957 году, когда американцы — детский невролог Уильям Ландау и логопед Фрэнк Клеффнер описали «синдром приобретенной афазии и судорог», подчеркнув при этом, что во многих случаях никаких эпилептических приступов у пациента может не быть, а диагноз этого безусловно эпилептического синдрома устанавливается на основании наличия продолженной эпилептиформной активности на энцефалограмме и сенсомоторной афазии (нарушения понимания и синтеза речи). Последняя развивается из-за «бомбардировки» эпиактивностью специфических речевых центров. Речевые нарушения в свою очередь приводят к проблемам коммуникации и поведения.

Еще позднее итальянский эпилептолог Карло Тассинари и его коллеги разработали концепцию «эпилепсии без эпилептических приступов», и в 1971 году представили первое описание «субклинического эпилептического статуса сна у детей». Ученые подчеркивали, что постоянная эпиактивность, продолжающаяся во время сна месяцы и годы, бесспорно оказывает повреждающий эффект на развивающийся мозг ребенка, даже при отсутствии эпилептических приступов. Тассинари образно назвал описанный им синдром «синдромом Пенелопы» (название не является официальным).

 

По Гомеру, царь Итаки Одиссей отсутствовал дома долгих 10 лет и считался погибшим. Его супруга Пенелопа, принуждаемая законом, была вынуждена выбрать себе в мужья, и соответственно — в цари, одного из достойных граждан острова. Чтобы оттянуть время, она заявила, что должна соткать ковер в жертву богам в память о пропавшем муже. Наглые претенденты на трон поселились прямо в ее доме и днем наблюдали за процессом создания ковра. Однако, хитрая Пенелопа по ночам распускала большую часть из сделанного за день.

 

Аналогично описанному в «Одиссее», «сотканный» за день нейронный «рисунок», который отражает усвоенную за день информацию, наработанные навыки, вместо перехода в долговременную память стирается эпилептиформной активностью, как ластиком.

Еще позднее, с середины 1980-х до начала 2000-х, сложилась концепция «когнитивной эпилептиформной дезинтеграции» (КЭД), которая предполагает влияние эпилептиформной активности на различные когнитивные функции ребенка, и, как следствие, на поведение и социальные взаимодействия. В 1984 году Аартс показал, что эпилептиформные разряды на электроэнцефалограмме могут вызывать не только временные, но и постоянные нарушения высших психических функций. В дальнейшем эти наблюдения подтверждал целый ряд других ученых. В 2000 году другой итальянец, Ренцо Гуэррини, выделил пять синдромов, при которых когнитивные нарушения связаны с эпилептиформной активностью на ЭЭГ, а приступы могут отсутствовать (Табл. 1).

 

 

В отношении концепции КЭД существуют различные подходы. Одним из примеров является предложенная в 2007 году российским эпилептологом К.Ю. Мухиным более развернутая классификация когнитивной эпилептиформной дезинтеграции и сходных синдромов (Табл. 2).

 

 

Наш материал — не для узких специалистов, он не претендует на исчерпывающий анализ подходов к КЭД и ее классификаций. Наша цель — показать, как много разных нарушений могут очень часто или вообще никогда не сопровождаться эпилептическими приступами, но при этом они по своей сути являются эпилептическими синдромами.


Правы ли те врачи, которые говорят «эпилепсия — диагноз клинический, только ЭЭГ недостаточно, дайте нам клинические проявления»? Правы, когда под клиническими проявлениями болезни подразумевают не только приступы, но и весь спектр возможных нарушений.

Даже если говорить формально, то определение эпилепсии 2014 г. и новая классификация Международной Противоэпилептической Лиги (ILAE) от 2017 г. допускает установление диагноза «эпилепсия» при отсутствии эпилептических приступов, если при этом установлен специфический эпилептический синдром. Только не нужно путать специфический эпилептический синдром (например, синдром Ландау — Клеффнера, синдром ESES и др.) с поросшим мхом, но по-прежнему любимым некоторыми неврологами диагнозом «эписиндром», под которым подразумевается разделение на «вторичный» эпилептический синдром (возникший по какой-то очевидной причине — травма, инсульт и проч.) и  некую «истинную» эпилепсию. В ряде врачебных заключений «эписиндром» и вовсе является концентратом выражения «я не знаю, что это такое, но похоже на эпилепсию».

Что же это все меняет? Изменилась многолетняя догма, и теперь мы не ставим знак равенства не только между эпилепсией и судорогами, но даже между эпилепсией и приступами!

«ЭПИЛЕПСИЯ ≠ ЭПИЛЕПТИЧЕСКИЕ ПРИСТУПЫ».

 

О существовании эпилептических синдромов без эпиприступов очень важно помнить, когда ребенку устанавливается такой диагноз, как например аутизм. Специалистам известно, что термин «аутизм» — описательный. Он говорит лишь о том, что у ребенка имеются нарушения коммуникации, поведения, социализации, никак не ссылаясь на причину. Расстройства аутистического спектра с этиологической (причинной) точки зрения — очень неоднородная группа. Ограничить диагностический поиск констатацией наличия аутизма — это все равно, что остановиться на диагнозе «гипертермия» (повышенная температура), даже не пытаясь выяснить, что у ребенка — ОРВИ, дифтерия, пневмония или вообще аппендицит.  Даже опытный психиатр только по внешним признакам, результатам общения с родителями, наблюдения за ребенком и, если это возможно, тестирования, не может с необходимой долей точности определить действительную причину этих отклонений. Очень и очень часто до установления верного диагноза проходят годы.


Изменился и подход к диагностике. Мы убеждены, что каждый ребенок, у которого выявляются аутистические черты, задержка психомоторного развития, в частности отставание в развитии речи, поведенческие проблемы и другие такого рода трудности, должен проходить видео-ЭЭГ-мониторинг с обязательной записью сна (у детей старше младенческого возраста — желательно ночного сна). Аргументы против такого обследования — исключительно с позиции экономической целесообразности. Само исследование — неинвазивное, безвредное и безболезненное. Возможный дискомфорт ребенка (одевание «шапочки» с электродами или наклеивание электродов, контакт с чужими людьми и др.) сводится к минимуму правильной организацией обследования (иногда и специальной подготовкой, которую предлагают поведенческие терапевты) и никак не оправдывает отказ от обследования. Если мы хотим максимально приблизиться к пониманию причины — альтернативы продолженному видео-ЭЭГ-мониторингу с записью сна просто нет. Именно с него стоит начинать поиск. Важно отметить, что рутинные 20–30-минутные ЭЭГ бодрствования в таких случаях крайне малоинформативны.


Очень важно сразу отделить детей с эпиактивностью на ЭЭГ от детей без таковой. Уже потом эпилептолог будет разбираться, что для конкретного ребенка означает наличие эпилептиформных элементов на ЭЭГ в зависимости от их формы, частоты появления, локализации, времени суток, фазы сна и многих других параметров, а также от клинической симптоматики. Конечно, не каждый случай выявления эпилептиформных элементов на ЭЭГ означает наличие специфического эпилептического синдрома. Но тщательно разобраться надо в каждом случае.

Многим детям, у которых выявлена соответствующая эпиактивность на ЭЭГ, можно помочь своевременным назначением медикаментозного лечения. Не нужно при этом слушать сказки про «страшную химию, которой врачи травят детей» — терапия назначается в тех случаях, когда вероятный урон от «бомбежки» эпиактивностью существенно выше потенциальных побочных эффектов от лечения. При многих описанных выше синдромах эпиактивность может сама снижаться с определенного возраста, но вопрос в том, что «мавр» может сделать свое дело и уйти, оставив после себя пепелище. Время в таких случаях работает против нас и приближает ту самую «сказку о потерянном времени».

 

Это главное, что как нам показалось, регулярно остается за бортом в потоке «фиолетово-голубой» информации.

Наш доклад на Global KETO-2018

Наш доклад на Global KETO-2018

Слева направо: Dr. Oleg Kruszyński, Dr. Eric Kossoff, Dr. Natalia Kruszyńska

Слева направо: Dr. Natalia Kruszyńska, Dr. Beth Zupec-Kania, Anastazja Kruszyńska, Dr. Oleg Kruszyński

 


В докладе были систематизированы результаты работы клиники за период с ноября 2016 г. по апрель 2018 г.

Эффективность кетогенной диеты

Ниже приведены диаграммы, которые демонстрируют эффективность кетогенной диеты среди всех, включенных в отчет пациентов, а также отдельно по формам эпилепсии.

 

Что такое видео-ЭЭГ-мониторинг?

 

Что такое видео-ЭЭГ-мониторинг?

Большинство пациентов знают о существовании электроэнцефалограммы (ЭЭГ), которая представляет собой запись биоэлектрической активности головного мозга. Чаще всего такая запись проводится путем регистрации специальными электродами усиленных биопотенциалов с кожи головы пациента (скальповая ЭЭГ).

Долгие годы фиксация клинических проявлений эпилепсии (в том числе приступов) и электрофизиологических данных (кривые ЭЭГ) жили своей, отдельной жизнью. Приступы описывались со слов самого пациента или окружающих его лиц, а ЭЭГ зачастую воспринималось как вспомогательный метод обследования.

Настоящая революция в эпилептологии началась с того момента, когда у врачей появилась возможность наблюдать за внешними проявлениями эпилепсии и синхронно с этим видеть, что происходит на ЭЭГ пациента. Помимо этого, стало ясно, что для точной диагностики имеет огромное значение продолжительность записи, а также наличие записи видео-ЭЭГ в различных состояниях головного мозга — в бодрствовании, во сне, а также при засыпании и пробуждении.


Видео-ЭЭГ-мониторинг

Современный видео-ЭЭГ-мониторинг представляет собой высокотехнологичное обследование, в ходе которого проводится синхронная регистрация ЭЭГ и видео пациента, что позволяет производить точное сопоставление электроэнцефалографических и клинических данных, что в первую очередь необходимо для установления правильного диагноза.

Запись видео производится с различных ракурсов при помощи камер высокого разрешения, что позволяет врачам различать мельчайшие подергивания, например, мышц лица, мелкое дрожание век, мгновенную фиксацию взгляда и прочие феномены, которые зачастую неразличимы для самого пациента или его родных. Камеры записывают видео даже в полной темноте.

Запись ЭЭГ проводится при помощи специальных самых современных электродных систем для длительного мониторирования, сводящих к минимуму помехи записи, а также позволяющих пациенту в них относительно комфортно спать, что невозможно при использовании устаревших ЭЭГ-систем.

При помощи видео-ЭЭГ-мониторинга проводится дифференциальный диагноз между эпилепсией и неэпилептическими состояниями, между различными формами эпилепсии, а также исключается или выявляется эпилептиформная активность у детей с задержкой психоречевого развития и расстройством аутистического спектра. Последняя часто свидетельствует о наличии у ребенка когнитивной эпилептиформной дезинтеграции, которая требует срочного лечения у эпилептолога.


При проведении видео-ЭЭГ-мониторинга существует множество технических и организационных нюансов, которые соблюдаются далеко не везде. Зачастую, несоблюдение технологии записи и расшифровки делает видео-ЭЭГ-мониторинг малопригодным для диагностики. Мы максимально учитываем все известные факторы, которые могут повлиять на качество записи исследования. Наши лаборатории видео-ЭЭГ-мониторинга в клинике «Эпи.NET-KETO» (Шипинцы, Черновицкая область) и диагностических центрах «Эпи.NET» (г. Белая Церковь и г. Черновцы) располагают аппаратурой экспертного класса для регистрации и расшифровки видео-ЭЭГ. Для видеозаписи мы используем только современные камеры с HD разрешением.

При работе с ВЭЭГ мы не используем автоматизированные методы расшифровки! По точности подобные методы можно сравнить с переводом сложных научных текстов с иностранного языка при помощи Гугл-переводчика. Автоматическая («компьютерная») расшифровка такого сложного исследования, как видео-ЭЭГ мониторинг, вводит в заблуждение как пациента, так и врачей-неэпилептологов и даже с этической точки зрения непозволительна при таком опасном заболевании, как эпилепсия.

 

 

 

История кетогенной диеты

Еще в древние времена врачи заметили положительный эффект голодания в отношении многих заболеваний, в том числе эпилепсии. Ведь, по сути, идея кетогенной диеты — это эффект голодания без голодания. В начале ХХ столетия эта идея сформировалась как метод лечения и первые сообщения о применении кетогенной диеты появились в США в 20-х г.г. ХХ столетия. Вначале кетогенная диета нашла широкое применение в области борьбы с избыточным весом — санатории, предлагавшие похудение таким способом, появлялись повсеместно.

Первые публикации о применении кетогенной диеты при эпилепсии датированы 1921 г. В 1925 году Mynie Peterman, педиатр клиники Мэйо в США, получила обнадеживающие результаты применения кетогенной диеты у детей с эпилепсией. Новости о ее успехе быстро распространились по стране, и в конце 20-х г.г. ХХ столетия многие врачи в США уже применяли кетогенную диету для лечения эпилепсии. После появления в 1857 году препаратов брома, и в 1910 году — фенобарбитала, кетогенная диета стала третьим, доступным врачам способом лечения эпилепсии. Учитывая большое количество побочных эффектов медикаментозной терапии, кетогенная диета представлялась перспективным методом.


Но, к сожалению, в 30–40-х годах популярность кетогенной диеты стала падать. Диета, в отличие от препаратов, не приносила дохода производителям и дополнительной прибыли врачам, а сам метод нуждался в дальнейшем изучении. На фоне Великой депрессии 1930-х г.г. исследовательские организации не торопились выделять средства на исследования без очевидной прибыли в перспективе. Кроме того, медикаменты были более просты в применении, не требовали усилий, ограничений. Когда в 1938 году под брендом Dilantin на рынок триумфально вышел открытый еще в 1908 году препарат фенитоин, это стало еще одним поводом для переключения внимания с кетодиеты на медикаментозное лечение. Затем разразилась II мировая война… Применение кетогенной диеты на долгие годы стало уделом немногих энтузиастов и оставалось малоизвестно как широкой публике, так и медикам.

Впоследствии немалую роль в демонизации кетогенной диеты сыграл общий поворот нутрициологии к концепции низкожирового питания, когда жиры и холестерин были «назначены» главными врагами человечества, как виновники атеросклероза и, как следствие, инфарктов и инсультов. В настоящее время данная концепция опровергается целым рядом научных исследований и пересматривается, но миф о кетогенной диете, как причине атеросклероза, невероятно живуч.

Такими энтузиастами, благодаря которым кетогенная диета все же продолжала существовать, были доктор Джон Фриман из клиники Университета Джона Хопкинса в Балтиморе (США), а также Миллисент Келли, диетолог той же клиники. В течение многих лет, с конца 40-х годов, сотни пациентов получали лечение методом кетогенной диеты, несмотря на преобладающий в этом отношении скепсис в медицинском сообществе.

Доктор Джон Фриман и диетолог Миллисент Келли


Как часто бывает в истории, развитию метода помогли случай и личность. Эпилепсией заболел маленький Чарли Абрахамс, сын известного голливудского режиссера, Джима Абрахамса. Пройдя через все круги ада в безуспешных попытках помочь сыну, родители нашли клинику в Балтиморе, и кетогенная диета оказалась тем методом, который прекратил приступы у Чарли.

Чарли Абрахамс

В середине 1990-х, Джим Абрахамс, до этого исключительно комедийный режиссер, снял правдивый и трогательный фильм-драму «Главное — не навреди» («First do no harm») о том, что довелось пройти родителям и врачам на пути к излечению Чарли. Премьера фильма состоялась в 1997 году. Но родители Чарли не ограничились фильмом. Они и их единомышленники основали благотворительную организацию, которую назвали в честь сына — Charlie Foundation. Фонд имени Чарли Абрахамса занял очень активную гражданскую позицию, стал активно распространять информацию о кетогенной диете, которую поддержали многие здравомыслящие и порядочные врачи. Все это стало поворотной точкой, началом «Кето-ренессанса». Начиная с середины 90-х, количество научных публикаций во всем мире стало прогрессивно расти.

Афиша фильма «Главное — не навреди»


Накопившаяся за несколько десятилетий критическая масса научных данных привела к тому, что в настоящее время кетогенная диета не рассматривается как некая альтернативная медицина. Как официальный метод лечения эпилепсии она включена в национальные протоколы большинства развитых стран, существуют международные протоколы обследования и ведения пациентов на кетодиете, изучением метода заняты ведущие ученые и клиницисты в десятках стран мира.

Однако, борьба с мракобесием продолжается, так как, к сожалению, еще много врачей, которые в достаточной степени не осведомлены о методе. Многие из них продолжают назначать пациентам горсти лекарств с огромным количеством побочных эффектов, при этом рассказывая своим пациентам покрытые плесенью сказки о «страшной диете, которая убивает их детей». Но, к счастью, растет и количество врачей, ставящих интересы пациента выше «откатов» от фарминдустрии, и способных прочесть и трезво оценить накопившийся колоссальный объем научной информации о кетогенной диете. В настоящее время, внедренная в повседневную медицинскую практику кетогенная диета, наряду с рациональной фармакотерапией, спасает тысячи жизней пациентов во всем мире.

В октябре 2018 года в Южной Корее состоялся уже 6-й Всемирный Симпозиум по применению методов кетогенной терапии при неврологических заболеваниях, в котором приняли участие сотни делегатов из 45 стран мира.


Клиника «Эпи.НЕТ-КЕТО» в списке европейских клиник на сайте Charlie Foundation.

 

Что такое кетогенная диета?

Быстрый старт

 

Кетогенная диета — это лечебный режим питания, целью которого является управляемый кетоз. Что же такое, в свою очередь, кетоз? Зачем он нужен? Как его достичь?
Дословный перевод термина «кетогенный» — «рождающий кетоны». Кетонами или кетоновыми телами называют десятки химических соединений, имеющих в своем составе так называемую кетоновую группу. Самым известным широкой публике кето-соединением является ацетон или «акетон», если произносить это слово на старинный манер. Большинство из этих соединений не имеет к организму человека ровно никакого отношения, являясь продуктами промышленного органического синтеза.
Применительно к кетодиете нас интересуют только три «кетоновых тела», которые синтезируются в организме человека: бета-гидроксибутират (или бета-гидроксимасляная кислота), ацетоацетат (или ацетоуксусная кислота) и уже упоминавшийся выше ацетон. Собственно, только они и являются теми «кетонами», о которых все время говорят врачи и адепты кето.


Кетоз — повышение содержания кетонов в крови человека. Причем концентрация именно ацетона, являющегося универсальным словом-пугалом для родителей («Караул! Ацетон в крови!!!») при кетозе достаточно невелика. Основными кетоновыми телами, которые определяются большинством тест-систем, являются бета-гидроксибутират и ацетоацетат.
Достигается кетоз путем ограничения поступления с пищей углеводов и насыщения рациона питания жирами (желательно, чтобы жиры были преимущественно растительными).
Кетоз не является чем-то необычным для организма. Всякий раз, когда прекращается поступление пищи (в том числе углеводов) извне — то есть когда человек голодает — первый «склад» энергии, который идет в дело — это гликогеновое депо, запас углеводов в виде гликогена. Однако, этот запас невелик по своему объему — всего около 2000 килокалорий у взрослого, у детей и того меньше. Этого хватает ненадолго и если не подключить другой источник энергии, то организм не сможет функционировать. Поэтому в нас «вшит» механизм получения энергии из жировых запасов, запас которых у взрослого человека превышает 40 000 ккал, т.е. содержит в 20 раз больше энергии, чем гликогеновое депо.

Голодание, при котором происходит переработка собственного жира, имеет много общего с кетогенной диетой, в том числе в том, что происходит образование кетонов и многие ткани организма, особенно головной мозг, используют как источник энергии кетоны, а не глюкозу.
Однако, голодание невозможно продолжать бесконечно долго, поэтому, чтобы организм не «сжигал» собственный жир, в рацион вводится большое (относительное «обычного» питания) количество жирной пищи в условиях ограничения углеводов. Таким образом поддерживается состояние кетоза.

Нужно помнить, что углеводы ни в коем случае нельзя исключать полностью! Это опасно для здоровья и жизни.

Под строгим медицинским наблюдением индивидуально подбирается содержание жиров, белков, углеводов в рационе. Таким образом регулируется концентрация кетонов в крови.
Для достижения лечебного эффекта концентрация кетонов в крови должна быть
1. Относительно постоянной в определенном диапазоне
2. Достаточно высокой для достижения целевого лечебного эффекта
3. Не превышающей определенных значений для хорошей переносимости
Относительно постоянная, длительная, достаточно высокая концентрация кетонов в крови обладает целым рядом лечебных эффектов, в частности выраженным противоэпилептическим эффектом.

Существует много разновидностей кетогенной диеты, которые применяют в зависимости от цели, стоящей перед врачом и пациентом. Они отличаются по многим параметрам, но общим является использование кетоза, как лечебного фактора.
В настоящее время кетогенная диета с успехом применяется для лечения эпилепсии, аутизма, многих онкологических заболеваний (в частности опухолей головного мозга, рака молочной железы и др.), болезни Альцгеймера, болезни Паркинсона и др.

Мифы о кетогенной диете

За столетие существования под своим названием метод кетогенной диеты успел обрасти многочисленными мифами и заблуждениями. Рассмотрим наиболее распространенные.


МИФ №1: «Кетодиета «убивает» печень, желчный пузырь, поджелудочную железу»

Откуда дровишки? У большинства людей в голове крепко засела причинно-следственная связь: переел жирного — попал в больницу с холециститом/панкреатитом.

На самом деле: Конечно же, пациенты с хронической патологией вышеуказанных органов являются объектом более пристального внимания со стороны врача как до, так и во время диеты. В случае возникновения проблем проводится соответствующая коррекция параметров диеты. Также очевидно, что введение кетогенной диеты в острой фазе холецистита или панкреатита противопоказано. Однако, некоторые заболевания, например дискинезии желчевыводящих путей, даже перестают беспокоить пациента после введения кетодиеты.

Печень, желчный пузырь и поджелудочная железа на кетогенной диете «чувствуют себя» вполне неплохо. При правильном ведении регулярные анализы показывают абсолютно нормальное функционирование этих органов. Зачастую анализы у пациентов на кето гораздо лучше, чем анализы их близких и практически всегда лучше, чем у пациентов, принимающих большие дозы противоэпилептических препаратов.

Интересно также, что регулярное употребление некачественных продуктов, переедание в самых невероятных пищевых комбинациях, регулярное употребление алкоголя и массовая бесконтрольная продажа в аптеках «фуфломицинов», не вызывают такого острого беспокойства за судьбу печени у большинства критиков кетогенной диеты.


МИФ №2: «Кетогенная диета вызывает атеросклероз и увеличивает риск инфаркта или инсульта»

Откуда дровишки? Подобное представление базируется на ставшей для нас привычной концепции низкожировой диеты, как здорового питания.

На самом деле: Современные исследования все чаще опровергают роль повышенного количества жиров в пище, как основной причины развития атеросклероза. Становится все более ясно, что вероятной причиной эпидемии сердечно-сосудистых заболеваний является как раз злоупотребление углеводами (особенно «быстрыми»), а не жирами, которое стало катастрофическим в последние десятилетия истории человечества. Увеличение доли жиров в питании, даже такое значительное как на кето, само по себе не приводит к развитию атеросклероза.

 


МИФ №3: «Кетодиета опасна для почек и обязательно приводит к образованию камней»

Откуда дровишки? Такое представление сложилось из-за того, что 1) в условиях ацидоза (сдвига кислотно-основного равновесия в кислую сторону) может увеличиваться склонность к образованию конкрементов в мочевыводящей системе; 2) этому же может способствовать нарушение минерального обмена при неоптимальной кетодиете; 3) некоторые варианты кетодиеты в условиях дефицита углеводов  приводят к тому, что кетодиета превращается в диету мясоедов с крайне избыточным потреблением белка.

На самом деле: Целью кетодиеты является кетоз, а ацидоз наоборот — явление нежелательное. Индивидуальный подбор параметров кетодиеты и тщательный контроль позволяют избежать ацидоза. Тщательный контроль электролитно-минерального обмена, сбалансированность диеты, целевое применение витаминно-минеральных комплексов позволяют профилактировать нарушения, а применение кетодиеты с подсчетом всех нутриентов помогает избежать перебора по белку. Таким образом, при тщательном медицинском контроле риск камнеобразования и прочих проблем с почками не выше, чем в общей популяции.


Продолжение следует…